• Начало
  • Начало
  • К читателю
  • От автора
• Глава 1
  • Родители
  • Старшие братья и сестра
  • Младшие братья
  • Средняя школа
  • Выбор профессии. Пединститут
  • Призыв на военную службу
• Глава 2
  • Школа оружия
  • Крейсер «Червона Украина»
  • Предвоенная обстановка
• Глава 3
  • Война
  • Оборона Одессы
  • Оборона Севастополя
  • Ноябрьский штурм Севастополя
  • Декабрьский штурм и декабрьский десант
  • Керченско-Феодосийская операция
  • Третий штурм Севастополя
• Глава 4
  • Отправка моряков-черноморцев на сухопутные фронты
  • Обстановка на Северо-Западном направлении в 1941-1942 гг.
  • Февральско-мартовская операция 1942 года
  • Мартовско-апрельская оборонительная операция 1942 года
  • Рамушевский коридор
  • 253-я Стрелковая дивизия на Северо-Западном фронте
  • Ликвидация Демянского плацдарма
  • 253-я Стрелковая в Резерве Ставки
  • 253-я Контрнаступление на Белгородско-Харьковском направлении
  • 253-я Форсирование Днепра
  • Освобождение столицы Украины Киева
• Глава 5
  • Возвращение на Черноморский Флот
  • Крымская конференция
  • Учеба на офицерских курсах
• Глава 6
  • Сидельников Николай Яковлевич
  • Бабкин Анатолий Алексеевич
  • Пучков Владимир Васильевич
  • Богданов Евгений Иванович
  • Громов Гавриил Алексеевич
  • Сыромятников Михаил Михайлович
  • Послесловие

 

Глава 3. Боевые действия на Черном море
Оборона Одессы

В начале августа 1941 г. в результате неудачных оборонительных сражений советских войск на правобережной Украине немецко-фашистским войскам удалось отрезать Приморскую армию от основных сил Южного фронта и оттеснить ее к Одессе. Фашистское командование придавало большое значение захвату Одессы - крупного промышленного центра, торгового порта и базы Черноморского флота. Оно рассчитывало, что с падением города укрепятся позиции немецко-румынских сил в северо-западном районе Черного моря, и в дальнейшем облегчат проведение операций по захвату Крыма. 

Задачу захвата Одессы фашистское командование поставило перед румынской армией, состав которой постоянно увеличивался. Однако под Одессой румынские войска встретили яростное сопротивление ее защитников, и поэтому они стали пополняться немецкими подразделениями. На подступах к Одессе противник сосредоточивал значительные силы. Действия наземных вражеских войск поддерживались крупными силами авиации.

Приморская армия получила задачу прикрыть одесское направление, обеспечить прочную сухопутную и противодесантную оборону города. Нарком Военно-морского флота Н.Г. Кузнецов потребовал: «В случае окружения Одессы организовать поддержку  и питание с моря. Для обороны базы, поддержки сухопутных войск по обстановке использовать корабли и авиацию основного ядра Черноморского флота».[1] 5 августа Ставка Верховного Главнокомандования направила директиву командованию Юго-Западного направления, в которой указывалось: «Одессу не сдавать и оборонять до последней возможности, привлекая к делу Черноморский флот».[2]

По характеру боевых действий оборона Одессы сложилась из трех основных этапов. Первый: с 5 по 19 августа - подготовка к обороне и бои на дальних подступах к городу. Второй: с 22 августа по 30 сентября - бои на ближних подступах к городу. Третий: с 1 по 16 октября - подготовка и проведение эвакуации войск Одесского оборонительного района.

Приморская армия значительно уступала по численности противнику. Для пополнения ее войск использовались сухопутные формирования Черноморского флота и людские резервы города. На кораблях началась запись добровольцев в морскую пехоту. На нашем крейсере записался почти весь экипаж. И это было вполне естественно. Корабль тоже воевал. Но патриотическое стремление флотской молодежи требовало схватки с врагом грудь в грудь на самом переднем крае боевых действий. Однако из всех желающих червоноукраинцев на сухопутный фронт было отпущено всего лишь 10 человек. Немного позже, со всеми почестями мы провожали наших первых добровольцев в морскую пехоту. В начале августа флот сформировал два полка морской пехоты. В дальнейшем для защиты Одессы было создано еще несколько отрядов моряков.

В целях улучшения управления силами и для организации взаимодействия сухопутных войск с кораблями и береговой артиллерией 13 августа весь одесский плацдарм был разделен на три сектора обороны - южный, западный и восточный. За первые два отвечали стрелковые дивизии: 25 Чапаевская и 95 Молдавская. В восточном секторе оборонялась сводная группа, куда входил Первый черноморский полк морской пехоты под командованием полковника Я.И. Осипова.

Противник, имея пятикратное превосходство в силах, рассчитывал овладеть Одессой с ходу. 13 августа ему удалось выйти к берегу моря в районе Сычевки и полностью изолировать город с суши. Но большего добиться ему тогда не удалось. Все последующие атаки вражеских войск были отбиты. 15-18 августа противнику удалось прорвать фронт Южного сектора и несколько потеснить войска Восточного сектора. Однако и на этот раз он не смог прорваться к самой Одессе.

19 августа решением Ставки был образован Одесский оборонительный район (ООР) с подчинением Военному совету Черноморского флота. В состав ООРа вошли войска Отдельной Приморской армии и Одесской военно-морской базы с приданными ей кораблями. Командующим ООРа был назначен контр-адмирал Гавриил Васильевич Жуков. Таким образом, ответственность за дальнейшую оборону Одессы возлагалась на флот. Командарм Приморской армии генерал-лейтенант Софронов, оставаясь командармом Приморской, становился заместителем командующего ООР по сухопутным войскам. После того как Софронов заболел, его сменил генерал-майор Иван Ефимович Петров, до этого командовавший 25 Чапаевской дивизией.

С образованием оборонительного района и перемещением боевых действий на ближние подступы к Одессе завершился первый этап ее героической обороны.

20 августа противник, значительно пополнив свои силы, возобновил штурм города. Румынский диктатор Антонеску назначил очередной срок взятия Одессы и военный парад на Соборной площади на 23 августа. Но эта затея провалилась снова. Противнику ценой огромных потерь удалось лишь в Восточном секторе подойти 25 августа к окраине города. Овладев Чебанкой и Новой Дофиновкой, фашисты установили батарею дальнобойной артиллерии и начали обстреливать акваторию Одесского порта. Но осажденная Одесса жила и сражалась. 16 сентября 1941 г. Президиум Верховного Совета Союза ССР наградил орденами и медалями 43 моряка, отличившихся при защите города Одессы, в том числе полковника Я.И.Осипова - командира 1-го полка морской пехоты, майора А.С.Потапова - командира 1-го добровольческого отряда моряков (будущего командира знаменитых морских стрелковых бригад «9» и «225»).

К участию в обороне Одессы привлекалось все больше корабельных сил. Если раньше в Одессу направлялись эсминцы, то сейчас понадобились и корабли с более мощной артиллерией. К обороне Одессы стали привлекать крейсера «Червона Украина», «Красный Кавказ» и «Красный Крым», а также только что вступившие в строй лидеры «Харьков» и «Ташкент».

27 августа крейсер «Червона Украина» получил приказ выйти из Новороссийска в Севастополь, а оттуда в ночь на 29-е августа - в Одессу. Наконец-то и мы дождались настоящего дела! Из Севастополя корабль выходил под флагом Заместителя Наркома ВМФ вице-адмирала Г.И.Левченко. На борту крейсера с нами шли в Одессу также: член Военного совета Черноморского флота дивизионный комиссар Н.М.Кулаков и командование бригады крейсеров - капитан 1 ранга С.Г.Горшков и полковой комиссар С.С.Прокофьев.

В этот раз на «Червоной Украине» шел отряд моряков разведчиков, сформированный для ООРа. Для огневого содействия с нашим крейсером шли три эсминца: «Смышленый», «Фрунзе» и «Шаумян». Переход протекал спокойно. Однако в Одесском порту, куда крейсер вошел утром 29 августа, и еще не успев отшвартоваться, подвергся артиллерийскому обстрелу. По всплескам определили калибр вражеских снарядов – 150 миллиметров. Надо полагать, противник обнаружил наши корабли на подходе, а в какую гавань мы вошли, видеть не мог. Крейсер встал у 24 причала в районе холодильника.

Поднявшийся на борт корабля командующий ООР контр-адмирал Г.В.Жуков сказал: «Видите, какое у нас положение, а настоящих подкреплений не имеем». Жуков знал, что Ставка выделила для Приморской армии десять маршевых батальонов. А Оборонительный район нуждался в большем. Маршевое подкрепление начало прибывать 30 августа.

На всех рубежах обороны не прекращались бои. Особенно опасным был восточный прибрежный участок фронта. Здесь враг сильно нажимал, чтобы прорваться ближе к порту и держать под прицельным огнем фарватеры, причалы и корабли. Морская пехота и части Приморской армии с трудом сдерживали натиск. Линия обороны упиралась в морской берег с запада и востока от Одессы. Она полукольцом опоясывала город всего в каких-нибудь восьми-пятнадцати километрах от него. Именно на самом опасном прибрежном секторе обороны нам и пришлось работать. Задачей кораблей, прибывших в Одессу, являлась поддержка артиллерийским огнем войск ООР. Метод стрельбы по площадям, который применялся кораблями прежде, годился лишь при ведении огня по каким-то досягаемым целям во вражеских тылах. Для поражения с больших дистанций боевых порядков противника на переднем крае, для подавления его батарей, что для кораблей было частой задачей, нужно было стрелять с корректировкой. В этих случаях корабли создавали собственные корпосты или обслуживались армейскими.

Корректировочный пост на «Червоной Украине» был сформирован из восьми человек. Командиром корпоста был назначен старший лейтенант Петр Семенович Рабинович. В состав группы вошел и я. Утром 29 августа за нами пришла автомашина, которая доставила нас на передовую линию фронта в район деревни Ильинка. По прибытии на передовую, мы связались с оборонявшимися и со своим кораблем. Тут же передали на крейсер свою первую заявку на обстрел скопления пехоты противника в районе Ильинки.

К этому времени крейсер уже покинул гавань и в ожидании заявки на огонь занял позицию на внешнем рейде, ближе к восточному сектору обороны города. Здесь уже находились лидер «Ташкент» и три эсминца. Стволы их орудий были направлены в сторону берега. С корпоста поступила заявка. Командир БЧ-2 капитан-лейтенант Федюшко, заняв место управляющего огнем в боевой рубке, подал команду «открыть огонь». Мы с корпоста радируем: снаряды ложатся точно, и просим усилить огонь! Через пятнадцать минут довольные работой крейсера подаем сигнал о прекращении огня.

В это время в небе с северной стороны появились вражеские самолеты. Три бомбардировщика Ю-88 атаковали корабль. Это был первый налет на крейсер в открытом море и наш зенитный дивизион во главе со старшим лейтенантом Воловиком оказался на высоте. Юнкерсы, не добившись даже близких к крейсеру разрывов авиабомб, ушли ни с чем.

В середине дня по заявке корпоста крейсер снова вышел на обстрел цели в районе с. Свердлово. Наш корпост в это время находился в расположении боевых порядков 1-го морского полка, сформированного из личного состава Одесской базы. Этот полк под командованием ветерана Гражданской войны Я.И.Осипова, уже успел прославиться железной стойкостью в боях за город.

Чтобы поддержать огнем морских пехотинцев, корабль подошел ближе к берегу. Пристрелку произвели на ходу. И тут же заговорили восемь орудий главного калибра. Курс корабля лежал параллельно берега в зоне действия вражеских батарей. Едва крейсер начал стрельбу, как одна из них открыла огонь. Не меняя курса, крейсер продолжал выполнять команды корпоста, а, маневрирующий неподалеку эсминец «Смышленый» без каких-либо просьб вступил в бой с фашистской батареей и метким огнем заставил ее замолчать.

Обо всем происходящем на корабле во время боя комиссар Валериан Андреевич Мартынов по телефону и переговорным трубам сообщал политрукам подразделений о ходе боя, чтобы те в свою очередь могли немедленно информировать о происходящем личный состав. Ведь каждый краснофлотец, на каком бы посту он ни находился, являлся участником боя и хотел знать, как действовал его корабль. На корабле каждый член экипажа выполняет свои обязанности, находясь на том или ином боевом посту.

Члены команды зависят друг от друга. Так, например, без личного состава электромеханической боевой части БЧ-5 не дашь ход кораблю. Без артиллеристов БЧ-2 нет артиллерийского огня. Я выполнял обязанности артиллерийского электрика. По боевому расписанию был расписан в центральном артиллерийском посту. Согласно инструкции в мои обязанности входила работа на приборах управления огнем главного калибра. В центральный пост по приборам поступают исходные данные о курсе корабля, его скорости, крене, маневре, дальности выстрела. Переработанные данные с наших приборов уходят в башни к орудиям для их наведения и выстрела по цели. С первого дня войны я находился на крейсере «Червона Украина» и принимал участие во всех боевых операциях до дня его гибели.

Но вернемся к рассказу о действиях крейсера под Одессой. Крейсер продолжал вести огонь на двенадцатиузловом ходу с каждого борта попеременно. И эта цель была также успешно поражена, как сообщил на корабль наш корпост. “Червона Украина” нанесла значительный урон противнику в районе сосредоточения его резервов. Нашему успеху помогли моряки лидера “Ташкент” и эсминца “Смышленый”. Это они сковали огнем две вражеские береговые батареи. К вечеру корабль вернулся в порт и встал на прежнее место у причала.

29 августа лидер «Ташкент» с помощью высаженного на берег корпоста сумел подавить батарею, обстреливавшую порт. Накрытие цели наблюдали корректировщики и корабельные дальномерщики. Командир отряда кораблей Северо-западного района контр-адмирал Вдовиченко передал на корабли семафор: Учитесь стрелять и вести себя под огнем у моряков «Ташкента».

К сожалению, на другой день «Ташкенту» не повезло. Он был атакован с большой высоты бомбардировщиками и был поврежден из-за близкого разрыва крупной бомбы в воде, потерял трех человек экипажа. Один кубрик был затоплен, однако корабль сохранил плавучесть. Когда стемнело, лидер пошел малым ходом в Севастополь в сопровождении эсминца и сторожевых катеров. На следующее утро крейсер получил задание обстрелять противника в районе между двумя Дофиновками - Старой и Новой. Это все тоже в Восточном секторе, где прочно обосновался наш корпост, и районе, где вели огонь накануне. Корабль успешно провел стрельбу на. двух боевых галсах на малом ходу, после чего по сигналу с корпоста огонь был прекращен. Цель поражена, рассеяно до двух рот пехоты противника, начавших передвижение к передовой позиции.

Крейсер встал на якорь в отдаленной точке внешнего рейда, ожидая дальнейших указаний. Перед обедом к «Червоной Украине» подошел катер с контр-адмиралом Вдовиченко, командиром отряда кораблей, который похвалил личный состав за отличную стрельбу и объявил благодарность. Едва успели пообедать - снова приказание на боевой выход. Корпост опять дает цель в районе Старой Дофиновки, глубже в расположении врага. Пришлось подходить ближе к берегу и открывать огонь почти с предельной дистанции. В конце стрельбы крейсер попал под обстрел вражеской батареи, расположенной у Новой Дофиновки, но ее пристрельные залпы уже не могли нам навредить. Задание было выполнено, и корабль ложился на обратный курс. До захода солнца 30 августа крейсер провел еще две стрельбы по району селений Чеботаревка, Ильинка. Корабль еще дважды был обстрелян батареей противника у Новой Дофиновки. Через 24 часа мы произвели еще один обстрел в том же Восточном секторе в направлении с. Визирки.

Горячим боевым днем оказалось и 31 августа. Началось с обстрела резервов противника в районе с. Свердлово. Стрельба прошла успешно, однако крейсеру опять мешала батарея у Новой Дофиновки. Втупили с ней в перестрелку, не прекращая огня по основной цели. Эта короткая стычка закончилась без видимых результатов.

Выполнив основную задачу, отошли на внешний рейд. Около двух часов стояли, пока корректировщики не дали новую цель в районе того же Свердлово. Взяли курс в прежнюю исходную точку для обстрела напротив Новой Дофиновки. Крейсер шел полным ходом, когда впереди по курсу появились самолеты противника. Потом они появились и справа и слева – со всех сторон. Но моряки не зевали. Командир зенитного дивизиона старший лейтенант Воловик успел распределить по семь стволов на борт, и они открывали огонь по самолетам по мере их приближения. Все слилось, смешалось в общий гул и грохот орудийных залпов и разрывов снарядов. Затем начали рваться бомбы, сбрасываемые с самолетов.

Они рвались вокруг корабля, посвистывая осколками. Один самолет пытался пикировать на корабль с левого борта. Его еще на подходе встретили сосредоточенным огнем  и, дав Юнкерсу снизиться до 1000 метров, зенитчики ударили по нему длинной очередью. Фашист не выдержал, вышел из пике и сбросил бомбы, не донеся их до цели. Весь этот короткий бой крейсера с фашистскими самолетами-бомбардировшиками  Ю-88 длился не более 3-4 минут. И опять спокойное море, ясный августовский день. Впереди по курсу берег Восточного сектора, а за ним цель, которую предстояло обстрелять

Четыре раза в этот день корабль выполнял задание по обстрелу различных целей в Восточном секторе и каждый раз попадал под обстрел батареи у Новой Дофиновки. Она за эти дни изрядно надоела. Было принято решение – батарею подавить артиллеристским огнем крейсера. Решающий бой с батареей назначили на 1-е сентября.

В этот день «Червона Украина»  несколько раз обстреливала  передний край обороны противника совместно с эсминцами «Сообразительный», «Беспощадный», «Незаможник» и канонерскими лодками «Красная Грузия» и «Красная Армения», отбивала атаки врага в Восточном секторе, сковывала своим огнем батареи противника, обстреливавшие причалы порта, где разгружались транспорты, доставившие в Одессу большое количество боеприпасов.

На этот раз кораблям, стрелявшим с моря пришлось иметь дело с двумя крупнокалиберными батареями противника, из которых одна была знакомая – у Новой Дофиновки, а вторая находилась несколько юго-восточнее, ближе к порту. Последнюю неоднократно заставляли умолкать, но потом она снова оживала и, наконец, к 14 часам после сильного взрыва совсем прекратила огонь. Иначе было с дофиновской батареей. Несколько раз за день она замолкала и снова завязывала с крейсером перестрелку. Под вечер того же дня, совершив последний выход на огневую позицию, крейсер зашел в Одесскую гавань. Это была дезориентация противника перед решающим боем с батареей. Поединок советского крейсера с фашистской батареей состоялся чуть позже.

«Червона Украина», выйдя из порта, направилась к Большому фонтану. На подходе к маяку развернулась на обратный путь. Когда батарея оказалась на острых курсовых углах правого борта, крейсер ложится на боевой курс, сбавляет ход до среднего и открывает огонь по батарее. Короткая пристрелка и переход на поражение. Вражеская батарея открыла ответный огонь,  но уже наседьмой минуте боя берег покрылся  светло-серым облаком, а через несколько секунд возник второй более мощный черный столб дыма с проблесками огня. Судя по всему, там взорвались боеприпасы, и фашистская батарея замолкла. Крейсер послал по ней еще два полных  бортовых залпа и лег на курс в Одесский порт. С дофиновской батареей было покончено.

В этот день на корабль с переднего края  вернулись мы, группа корректировщиков во главе с П.С.Рабиновичем.  Нас, запыленных и усталых, плотным кольцом  окружили товарищи. Объятия, вопросы. Рабинович поднялся на мостик, доложил о прибытии и рассказал о выполнении задания. Рассказал о том, как морские пехотинцы полка Осипова встретили нас, помогли нам выбрать и оборудовать наблюдательный пункт. В начале мы работали без помех, но вскоре противник нащупал расположение нашего поста. Вероятно запеленговал радиостанцию. Начался артиллерийский и минометный обстрел. Одного человека ранило. Пришлось радиостанцию разместить отдельно от поста, связываясь с ней по телефону. При этом всякий раз после стрельбы она меняла позицию.

Отличился  старшина 2 статьи пулеметчик  Ваня Воробьев. Ему не раз пришлось  из своего легкого пулемета «Дегтярева» открывать огонь по врагу, прикрывая корпост. Так что к боевому счету крейсера следует добавить еще не один десяток фашистских солдат, попавших под прицел пулемета  Вани. П.С.Рабинович от имени Морской пехоты Осипова передал червоноукраинцам благодарность за меткую стрельбу и выразил наше признание за то, что нам было доверено корректировать огонь крейсера по противнику в  Одессе.

В   этот день наш крейсер и эсминцы до позднего вечера охраняли порт, пока не кончилась разгрузка транспортов. С наступлением темноты «Червоной Украине» было приказано следовать в гавань. Там она получила новое задание – вывезти из Одессы в Севастополь раненых. Кроме того, на борт корабля погрузили 50 тонн муки, золото в слитках и другие ценности Одесского отделения Государственного банка и рано утром  2 сентября крейсер покинул Одессу.

На переходе в Севастополь командир бригады крейсеров Сергей Георгиевич Горшков потребовал журнал боевых действий и сделал в нем запись: «Несмотря на малое время прохождения боевой подготовки до войны, крейсер действовал грамотно и задачу  выполнил хорошо. За время четырехдневной операции крейсер подвергался атакам авиации, находился несколько раз под огнем  150-ти мм батареи. В этих случаях личный состав действовал уверенно, самолеты вовремя обнаруживались, а при обстреле с берега личный состав  держал себя спокойно».[3]

До Севастополя мы дошли без каких–либо происшествий, встали на бочки в Северной  бухте. Раненых быстро переправили на берег.

«Червона Украина» недолго  задержалась в базе. Приняв снаряды, топливо и воду, мы снова ушли в поход. Вместе с другими кораблями крейсер сопровождал в Одессу  транспорты с войсками.

К середине сентября обстановка под Одессой стала особенно напряженной. В ночь на 14 сентября  Военный совет ООРа  направил в адрес Ставки, наркома ВМФ и Военного совета Черноморского флота телеграмму, в которой информировал о дальнейшем обострении положения и просил оказать помощь. 15 сентября поступил ответ из Москвы; «Передайте просьбу Ставки Верховного Главнокомандования бойцам и командирам, защищающим Одессу, продержаться 6-7 дней, в течение которых они получат подмогу в виде авиации и вооруженного пополнения… И.Сталин». [4]

Эта телеграмма Ставки сыграла огромную роль в дальнейшей обороне Одессы. Ставка одним словом «просим» поднимала дух бойцов. Удары по врагу  стали еще более мощными.

17 – 18 сентября в Одессу была доставлена из Новороссийска дивизия под командованием   полковника  Д.И.Томилова. Переброска войск   производилась на транспортах, крейсере «Червона Украина» и эскадренных   миноносцах.

С прибытием пополнения положение защитников города несколько улучшилось. Однако в Восточном секторе обстановка по-прежнему оставалась тяжелой. С этого направления город, порт и морские подходы к Одессе подвергались обстрелу противника. Чтобы отбросить противника за Аджалыкский лиман и выбить его с позиций в районе  Чебанки, было решено нанести контрудар силами двух дивизий и одновременно высадить во вражеский фланг и тыл полк морской пехоты в районе села Григорьевка. ;  Для высадки десанта был сформирован отряд кораблей во главе с командиром бригады крейсеров капитаном 1 ранга С.Г.Горшковым. В его состав вошли крейсера «Красный Кавказ» и «Красный Крым» и дивизион эскадренных миноносцев. К сожалению «Червона Украина» в этот отряд не входила. Однако в десантной операции участвовал наш баркас во главе со старшиной Дубиндой, в последствии - Герой Советского союза, команда которого успешно справилась со своей задачей и в полном составе возвратилась на крейсер.

22 сентября во втором часу ночи крейсера и эсминцы без противодействия со стороны противника достигли рейда Григорьевки и отдали там якоря. После короткой обработки участка корабельной артиллерией к  берегу  двинулся на катерах и баркасах первый  бросок десанта. Охваченные боевым порывом, моряки действовали стремительно. Задержки не возникало даже там, где баркасы на пути от кораблей к берегу натыкались на подводные песчаные гребни. Через три с половиной часа от начала высадки десанта, когда весь морской полк находился на берегу, он развернул наступление на Чебанку, Старую и новую Дофиновки.

Это был первый черноморский десант с начала войны.

Недалеко от  Григорьевки в лощине разведчики десантного полка обнаружили  огневую позицию тяжелой артиллерийской  батареи, как потом выяснилось той самой, которая в последнее время больше всех досаждала Одессе. Разведчики подобрались к батарее. Перебили прислугу, часть которой разбежалась, и захватили четыре исправных 150 миллиметровых орудия с большим количеством снарядов.  Потом эти пушки провезли по улицам Одессы. К утру 23 сентября войска ООР, соединившись с морским десантом, закрепились на новой линии фронта. Под Одессой стало спокойнее. Фронт обороны приобрел большую устойчивость. Появились реальные возможности удерживать плацдарм длительное время.

Однако наступление гитлеровских войск на Южной Украине продолжалось. Возникла угроза   Крыму и главной базе  Черноморского флота – Севастополю. В этих условиях дальнейшая оборона Одессы теряла смысл.

30 сентября 1941 года на флот поступила директива, подписанная И.В.Сталиным и Б.М.Шапошниковым. В ней говорилось; «Ставка  Верховного Главнокомандования приняла решение в кратчайший срок эвакуировать войска Одесского оборонительного района для усиления обороны Крымского полуострова».[5]

Эвакуация Одессы проводилась с 1-го по 16–е октября. В числе первых были эвакуированы некоторые инженерные и строительные части, 157 стрелковая дивизия, промышленное оборудование. Продолжалась эвакуация семей военнослужащих и населения города.

15 октября штаб Одесского оборонительного района перешел на крейсер «Червона Украина», находившийся  в Одесском порту. Откуда и шло управление отводом войск. Во время эвакуации, проходившей в строгой секретности, войска продолжали оборону и даже активизировали свои действия на линии фронта. Как и раньше, их поддерживала артиллерия кораблей и береговых батарей. Противник и не подозревал о  начавшейся эвакуации.

К исходу 16 октября в Одессе было сосредоточено 17 транспортов, 2 крейсера, 4 эскадренных миноносца, большое количество катеров и других плавсредств.

В течение ночи войска были сняты с линии фронта, отведены в порт и посажены на суда. В 5 часов утра 10 минут 16 октября из Одесского порта вышел последний транспорт с войсками, а за ним и боевые корабли, принявшие на борт личный состав отрядов прикрытия эвакуации. Крейсер «Червона Украина» покинул Одессу последним, уходя в Севастополь. Противник, как потом выяснилось, еще в течение нескольких часов после ухода наших судов из Одессы, производил обычные налеты на город и порт, продолжал обстреливать рубежи бывшего переднего края. Оттуда  время от времени вели ответный огонь одесские партизаны,  отошедшие затем  на свои базы,  созданные  в одесских катакомбах. Только во второй половине  дня враг обнаружил, что советских войск под Одессой нет.

Переход кораблей и транспортов в Севастополь проходил  успешно. Лишь во второй половине  дня немецкая авиация предприняла ряд попыток  атаковать их.  Для  прикрытия морского каравана с нашей стороны было привлечено 50 самолетов-истребителей. В воздушных боях над морем истребители сбили 17 вражеских самолетов и три самолета противника сбиты зенитной артиллерией кораблей. Наши потери составили шесть «ястребков» и потоплен резервный транспорт, шедший порожняком в хвосте колонны. Его команду спасли катера из охранения.

Эвакуация завершилась. Войска ООР прибыли в Севастополь без потерь. Подводя итоги Одесской обороны, газета «Правда» писала тогда: «Вся советская страна, весь мир с восхищением следили за мужественной борьбой защитников Одессы. Они ушли из города, не запятнав своей чести, ушли, сохранив свою боеспособность, готовые  к новым боям с фашистскими ордами. И на каком бы фронте ни сражались защитники Одессы – всюду будут они служить примером доблести, мужества, геройства. Слава героическим защитникам Одессы!».

73 дня продолжалась героическая оборона Одессы. На оборонительных рубежах было сковано свыше 18 вражеских дивизий. Потери противника составили свыше 150 тысяч солдат и офицеров, огромное количество вооружения и боевой техники. Оборона Одессы замедлила темпы наступления противника на юге Украины, способствовала выигрышу времени, необходимого для организации обороны Донбасса, Крыма, Кавказа.

В память о подвигах защитников Одессы 22 декабря 1942 года Президиум Верховного Совета СССР учредил медаль «За оборону Одессы», которой были награждены все участники  героической обороны. Городу Одессе было присвоено звание город-герой и вручены награды: орден Ленина и медаль «Золотая Звезда».